Левый клуб

Клуб для тех, кто не боится оказаться не правым
 
ФорумПорталКалендарьЧаВоПоискПользователиГруппыРегистрацияВход

Поделиться | 
 

 Перспективы классовой борьбы в России

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
АвторСообщение
Легальный Марксист

avatar

Сообщения : 15
Дата регистрации : 2013-11-08

СообщениеТема: Перспективы классовой борьбы в России   Сб Ноя 09, 2013 6:30 pm

http://rabkor.ru/left-winger/2013/10/11/class-war

Перспективы классовой борьбы в России
Опубликовано: 11.10.2013

Карл Маркс © wikispaces.com
Тот факт, что революционное марксистское движение в современной России переживает далеко не самые лучшие времена, уже давно стал общим местом многочисленных статей и размышлений, посвященных классовой борьбе пролетариата в нашей стране и перспективам ее развития. Однако в силу изменения социально-политического климата в российском обществе этот факт приобретает принципиально иное значение. Мне уже приходилось писать о том, что опыт протестного движения трудящихся в 2011–2012 гг., захват ведущих ролей в нем либералами (т.е. политическими представителями класса капиталистов), рост популярности социалистических идей в массах и т.д. с особой рельефностью продемонстрировали, и с особенной остротой выдвинули потребность в создании на политической сцене России революционно-марксистской партии.
В настоящей статье мы подробнее остановимся на том, какие социально-классовые силы в современном российском обществе объективно заинтересованы в конституировании марксистской партии, и в силу каких причин какие наиболее сильные противоречия и глубокие проблемы существуют в нынешней России, а также какие основные препятствия существуют на пути партийного строительства.
Марксистское движение является таким движением, которое выступает за реализацию конечных, основных, объективных целей и задач классовой борьбы пролетариата как передового и революционного класса современного капиталистического общества, не забывая при этом и про удовлетворение тех его требований, которые улучшают качество жизни пролетариев, направлены на защиту их социальных, экономических и политических прав, расширяют базу для борьбы за ликвидацию всяких отношений эксплуатации, угнетения, отчуждения и т.д. Это азбука марксизма. Однако против данной азбуки с давних пор ведется ожесточенная борьба, принимающая самые разные формы. Нередко против данной азбуки выступают люди, которые искренне желают развить марксистскую теорию в новую историческую эпоху, но объективно вносят лишь теоретическую путаницу в ряды самого марксистского движения.
К последней категории, по-видимому, принадлежит член Совета «Левого Фронта» Андрей Рудой, опубликовавший на сайте «Рабкора» статью "Новый двигатель революции". Свою статью он начинает размышлениями о том, что во времена написания «Манифеста коммунистической партии» Маркс и Энгельс имели полное право говорить о том, что пролетариат является «могильщиком капитализма» и наиболее революционным общественным классом. Однако, продолжает Рудой, «привычная ставка левых сугубо на пролетариат в нынешних условиях выглядит не слишком перспективной». По его мнению, в результате автоматизации и переноса производств капиталистическими монополиями в страны «третьего мира» численность пролетариата сократилась. Из-за уступок буржуазии уровень жизни большинства пролетариев стал настолько высок, что на место классовых ценностей пришли «ценности» «общества потребления». Ну а поток трудовых мигрантов из «периферийных» стран капиталистической мировой системы привел к росту националистических настроений и разброду внутри самого пролетарского движения, что, в совокупности, больше не позволяет говорить о пролетариате как о передовом классе современного общества.
Далее Рудой пишет: «Классическое противостояние рабочих и буржуазии характерно сейчас для развивающихся стран, куда выносится промышленное производство. Нам же приходится думать над тем, как быть в создавшейся ситуации и кто продолжит борьбу». Он приходит к выводу, что в нынешних условиях необходимо выступать за формирование новой социальной базы, в которой найдется место и рабочим, и выросшему слою «белых воротничков»: «Есть рабочие, хотя и утратившие былую революционность, сократившиеся в количестве и дезорганизованные, тем не менее, находящиеся в неразрешимых противоречиях с буржуазией (к слову сказать, консолидированной в условиях глобализации, как никогда прежде). Есть “белые воротнички”, не осознающие своих классовых интересов, но уже проявляющие недовольство системой. В создавшихся условиях левым предстоит серьезная работа и с теми, и с другими. Эта работа сколь тяжела, столь же и необходима. Формирование новой социальной базы в условиях очередного кризиса капиталистической системы требует незамедлительных действий».
Показательно, что рабочие, которых Рудой называет «плоть от плоти капиталистической системы», которые, по его мнению, «утратили былую революционность», насквозь пропитаны мелкобуржуазными иллюзиями и у которых почти не сформировано классовое сознание, все-таки включаются им в состав социальной базы современного левого движения. Хотя, если следовать его логике, подобное утверждение не совсем понятно. Еще менее понятно, почему «белые воротнички» оказываются в его статье «новым классом», причем именно на них Рудой возлагает основные надежды на будущее революционное свержение капитализма. Он утверждает, в то же время, что их уровень классового сознания также оставляет желать лучшего, что они являются достаточно обеспеченным социальным слоем, т.е. характеризует их примерно так же, как «утративший революционность» рабочий класс.
Возникают и закономерные вопросы. Почему «белые воротнички» не являются «плотью от плоти» капиталистического общества? В чем заключаются признаки того, что они являются носителями нового способа производства, новых общественных отношений? Статья оставляет данные вопросы без ясного ответа.
Здесь мы сталкиваемся с грандиозной теоретической путаницей, которая и приводит к тому, что по прочтении статьи возникает масса вопросов без внятных ответов на них. В реальности «белые воротнички» не являются никаким отдельным классом. Они, наряду с рабочими, входят в состав пролетариата. Достаточно вспомнить классическое марксистское определение классов, данное В.И. Лениным в статье от 1919 г. «Великий почин»: «Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а, следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства».
Каково место «белых воротничков» в существующей системе общественного производства, каково их отношение к средствам производства, какова их роль в общественной организации труда? «Белые воротнички» отчуждены от собственности на средства производства, как и фабрично-заводские рабочие, они продают свою рабочую силу на рынке труда, как и фабрично-заводские рабочие, они подвергаются эксплуатации, как и фабрично-заводские рабочие, они находятся в подчиненном положении по отношению к капиталу и экономически принуждаются к наемной работе, как и фабрично-заводские рабочие. Да, они не задействованы в промышленном производстве, но это отнюдь не предполагает их выделения в отдельный общественный класс. Их фундаментальные характеристики такие же, как и у представителей классического фабрично-заводского пролетариата, что дает основания относить и «белых», и «синих воротничков» к одному классу, к классу пролетариев.
На протяжении XX века пролетариат переживал значительные трансформации, в чем ключевая роль принадлежит научно-технической революции 1950–1970-х гг. В рамках настоящей статьи мы не можем сколько-нибудь подробно остановиться на этом вопросе, который требует развернутого рассмотрения и который был достаточно подробно исследован в работах марксистов последних десятилетий XX — начала XXI веков. Отметим только, что научно-техническая революция привела к пролетаризации целого ряда профессий и социальных групп, вызвала сдвиги в структурах экономики, подтолкнула рост занятости в тех экономических сферах, которые непосредственно не связаны с промышленным производством. Данные процессы привели как к росту численности «белых воротничков», являющихся одним из отрядов пролетариата, так и к усложнению структуры и росту неоднородности самого класса пролетариев, в который теперь входили различные социальные группы и слои. Разумеется, все это поставило перед пролетарским движением и марксистами новой эпохи ряд трудных и важных вопросов, ответы на которые пока не являются достаточно исчерпывающими и еще оставляют значительное поле для острых и перспективно-плодотворных дискуссий, однако позволяют составить представление о современном пролетариате и его структуре.
Теоретическая запутанность, представленная в статье «Новый двигатель революции», хотя и вызвана к жизни позитивным стремлением к развитию современной марксистской теории в соответствии с общественными реалиями сегодняшнего дня, тем не менее, объективно (особенно учитывая плачевное положение, в котором находится революционно-марксистское движение в нынешней России) вносит лишние разногласия и путаницу в дело развития теории марксизма.
Итак, мы выяснили, что социальной базой революционно-марксистского движения является пролетариат, несмотря на все те трансформации и изменения в структуре, которые он пережил за вторую половину XX века. Это передовой революционный класс современного буржуазного общества, в том числе, и нынешнего российского капиталистического общества. Пролетариат является продуктом капиталистического способа производства, но таким продуктом, который объективно не заинтересован в сохранении буржуазной общественной логики и буржуазных общественных отношений и который является носителем нового способа производства. Все остальные общественные классы (крестьянство, мелкая буржуазия города) либо размываются капитализмом, либо (как буржуазия) заинтересованы в сохранении именно капиталистических производственных отношений. Пролетарии подвергаются эксплуатации, они продают свою рабочую силу капиталисту на рынке труда и находятся по отношению к нему в подчиненном положении. Уровень развития производительных сил достиг такого уровня развития, что стал возможен качественный переход к новым отношениям производства и новым общественным отношениям вообще. Именно поэтому пролетариат находится в антагонизме с буржуазией и является тем классом, который заинтересован в ликвидации капитализма и осуществлении социальной революции. Это все — прописные истины марксизма, но, видимо, в наше время приходится повторять и эти истины.
Объективная заинтересованность пролетариата в создании на политической арене России марксистской партии вытекает из данной его революционной природы, имманентно присущей не только российским пролетариям. Но конституирование марксистской партии объективно необходимо не только пролетариату (хотя марксистская партия — это, в первую очередь, пролетарская партия), но и городскому и сельскому полупролетариату, и трудящемуся крестьянству России. Более того, свою поддержку революционно-марксистской партии может высказать и мелкая буржуазия города. Для того чтобы понять их интерес, необходимо обратиться к острым противоречиям и проблемам, существующим в нынешнем российском обществе.
Современный российский капитализм является периферийным капитализмом, занимающим в структуре капиталистической миросистемы и международного разделения труда место поставщика, в первую очередь, энергоносителей — нефти и природного газа. С этим характером российского капитализма и классовыми интересами господствующей ныне фракции буржуазии связаны все непопулярные меры и антисоциальные реформы, систематически проводимые Кремлем. Перечислим только несколько из этих мер, реформ и преобразований.
Недавно было принято решение о введении, как известно, т.н. «социальной нормы» на потребление электричества населением России, очень метко названной В. Соловейчиком «антисоциальной "социальной нормой"». За потребление электроэнергии выше установленного на месяц минимума придется платить по утроенной тарифной ставке. Фактически, капиталистические компании, поставляющие электричество, смогут за счет подобного обирания трудящихся заключать выгодные контракты с другими корпорациями, предоставляя им электроэнергию на «льготных условиях». В результате представители трудящихся классов будут из своего кармана оплачивать «удачные сделки» крупной буржуазии.
Не говоря уже о том, что введение новой тарифной сетки на электричество будет отчуждать обратно в пользу капитала часть заработной платы, тем самым, фактически снижая стоимость рабочей силы. Этой цели, кстати, служит и повышение платы за коммунальные услуги, а также увеличение цен на топливо на внутрироссийском рынке: высокие цены, скажем, на бензин ведут к росту цен на транспортируемые товары, хотя их стоимость не возрастает от взвинчивания цен на топливо. В результате, та же самая товарная стоимость продается по более высоким ценам, что для трудящихся означает реальное понижение их доходов при номинальном сохранении их в неприкосновенности. И, опять-таки, за счет трудящихся обеспечивается продажа по льготным ценам той же нефти в развитые капиталистические страны Западной Европы. Российская буржуазия, господствуя в стране периферийного капитализма, нуждается в дешевой рабочей силе с минимумом социальных гарантий или вообще без них, что обусловливает подобную агрессивную антисоциальную политику правительства.
Ведется наступление на оставшуюся со времен СССР систему образования, и без того обладающую множеством изъянов, но теперь низводимую на крайне примитивный уровень. Целенаправленно и систематически проводится клерикализация средней и высшей школы, церковники получают все больше доступа в школьные учреждения и вузы. На возгласы возмущения и указания на декларируемый конституцией России светский характер государства (что предполагает и отделение школы от церкви) Путин заявил, что «пора уйти от примитивного понимания “светскости”» (проще говоря, политический представитель российской буржуазии сказал, что российское государство будет все более терять свой светский характер). Реформы образования и науки все больше снижают образовательный уровень в школах, сужают доступ к качественному образованию для представителей трудящихся классов российского общества и ведут к деградации существующей ныне системы научного знания.
Мне приходилось писать о том, что нынешнее наступление правительства на научно-образовательную сферу продиктовано именно классовыми интересами правящей фракции буржуазии и именно потребностью в приведении образовательной и научной системы в адекватное периферийному характеру российского капитализма состояние, а вовсе не злонамеренными заговорами «агентов влияния» или глупостью государственных чиновников, которые «не ведают, что творят». Как раз чиновники получше многих паникующих российских интеллигентов понимают, к каким результатам ведут проводимые ими реформы.
В августе этого года выяснилось, что прямо на территории Москвы для трудовых мигрантов был построен самый настоящий лагерь с ужасающими условиями жизни и обращения. Это факт наглядно доказывает, что российское правительство, несмотря на все разговоры о «дружбе народов», пользуется вполне националистическими методами, а «непримиримая» оппозиция, в которой якобы находятся националисты, отнюдь не является такой уж непримиримой по отношению к нынешней власти. Это объясняется, при всех их разногласиях, общей буржуазной природой как кремлевско-неолиберального, так и националистического крыла. Еще больше подтверждает наш тезис тот факт, что российская буржуазия разработала планы по постройке еще 83 (!) подобных лагерей для трудовых мигрантов во всех уголках России.
Подобная практика, как нетрудно догадаться, обусловливается все той же периферийной природой российского капитализма, которому требуется масса полностью бесправной и существующей в отвратительных нищенских условиях рабочей силы. И далеко не факт, дорогой читатель, что через десятилетие мы не окажемся в условиях, близких по уровню к тем, в которых проживают мигранты в первом (пока что) на территории России концентрационном лагере.
Что касается состояния в российской деревне и положения сельского пролетариата, полупролетариата и трудящегося крестьянства в условиях нынешнего периферийного капитализма, нужно признать, что его положение плачевно. В результате неолиберальной «шоковой терапии» 1990-х гг., лишившись государственных субсидий и инвестиций, рухнула колхозно-совхозная система, что привело к росту безработицы на селе, к снижению достатка и качества жизни сельских пролетариев, полупролетариев и крестьян, к падению объемов сельскохозяйственного производства. Причем этот объем падал не такими быстрыми темпами, как мог бы, поскольку из-за катастрофического промышленного спада часть бывших представителей городского пролетариата переезжала в сельскую местность, где при помощи ведения собственного хозяйства можно было вести хоть какое-то существование. После же начала скромного роста промышленного производства и подъема сферы услуг и торгово-финансового сектора в городах миграция из деревни в города приняла характер настоящего бегства от нищеты сельской жизни.
Но мало того. В последние несколько лет появилась и стала распространяться практика настоящей скупки целых деревень новоявленными «помещиками». Представители капитала, пользуясь тем, что трудящиеся села не приватизировали свои участки и жилую площадь, втайне от жителей, при посредстве местной бюрократии, переводили эти наделы в свою частную собственность, после чего население той или иной деревни оказывалось фактически прикрепленным к земле. В результате сельские жители оказываются в ловушке: они вынуждены работать на нового «барина» на тех условиях, которые он сочтет приемлемыми. При этом большинство «крепостных» (иначе их не назовешь) не имеют возможности выкупить свои дома и участки по тем ценам, которые устанавливает новый хозяин и которые, как правило, «взвинчены» в несколько раз.
Тот факт, что подобная практика является не единичным явлением, а получает все более широкое распространение, позволяет говорить об угрозе возвращения крепостнических порядков в российской деревне сейчас, в начале XXI века. Причем социально-экономическая природа начавшегося закрепощения не состоит в «реставрации феодализма». Она кроется в потребностях российской периферийной капиталистической экономики. Тяжелое положение сельского пролетариата, полупролетариата и трудящегося крестьянства, низкое качество их жизни, отсутствие достойного источника заработков на селе, высокая степень эксплуатации и отсутствие поддержки со стороны государства, наступление «крепостного права» издания XXI столетия — все это позволяет говорить о том, что трудящиеся массы села объективно заинтересованы в союзе с пролетариатом российских городов.
Таким образом, социальная база революционной партии, которую российским марксистам еще предстоит создать, будет широкой. Она составит, в процентном соотношении, подавляющее большинство населения страны, т.к. будет включать в себя: городской и сельский пролетариат, полупролетариат и трудящееся крестьянство. В монографии кандидата исторических наук Андрея Здорова «Государственный капитализм и модернизация Советского Союза» (М.: URSS, 2007) на основе обширного блока статических данных приводится примерная схема социально-классового строения российского общества в 1990-е гг.: крупная буржуазия составляла 5% населения, т.н. «средние слои» (мелкая буржуазия, управленцы, «пролетарская аристократия») — 20%, полупролетарии города — 20–25%, крестьянство — 15%, пролетарии города — 35–40%.
При этом необходимо учитывать, что численность городского пролетариата в 1990-е гг. по данным статистики была ниже, во-первых, вследствие оттока части городского населения в деревни из-за спада промышленного производства, во-вторых, вследствие того, что широкие слои пролетариев, оставшиеся в городе, были вынуждены подрабатывать в сфере мелкой торговли и т.п., в результате чего они числятся в категории полупролетариев города. Но даже в том случае, если мы объединим проценты, приходящиеся на долю городского пролетариата и полупролетариата и на долю крестьянства (а мы имеем на это основания, отталкиваясь от обозначенных выше причин), мы получим, что 75% населения российского общества попадает в ту социальную базу, на которую будет опираться будущая революционно-марксистская партия.
Из оставшихся 20%, приходящихся на т.н. «средний класс» (крупную буржуазию мы в расчет в данном случае не принимаем), политику марксистской партии, в том числе и достаточно радикальные революционные преобразования, направленные на «экспроприацию экспроприаторов», может поддержать часть мелкой буржуазии города. Мелкие буржуа, как правило, находятся в финансово-экономической зависимости от крупного капитала, подвергаются сильной эксплуатации и угнетению со стороны крупной буржуазии, вследствие чего могут поддержать и революционную политику марксистской партии, и целый спектр антикапиталистических преобразований новой пролетарской власти. В пользу этого говорят и данные по уровню концентрации и централизации капитала, приводимые в той же работе Здорова применительно к первой половине 2000-х гг.: «По уровню концентрации капитала Россия уже опережает США. В апреле 2004 г. совокупное состояние 36 миллиардеров, вошедших в первый русский список “Форбса”, составило 110 млрд долл. — это примерно 34% российского ВВП. Для сравнения в США в это же время насчитывалось 227 миллиардеров, их совокупное состояние — 651 млрд долл., но это лишь 6% ВВП США. В это же время около половины населения России живет на доходы менее 2 долл. США в день» (там же, с. 115).
Высокая степень концентрации и централизации капитала в руках крупной буржуазии России и огромная пропасть социально-экономического расслоения и дифференциации между эксплуататорскими и эксплуатируемыми социальными слоями населения указывают нам на: 1) степень экономической власти российской буржуазии, которой она пользуется и для давления на пролетариат, и для давления на мелкобуржуазные группы; 2) наличие основы для серьезного классового противостояния в российском обществе, для острой классовой борьбы, которая пока что сглаживается различными причинами, но которая со временем (особенно после создания марксистской партии) может принять и весьма радикальные формы.

Окончание статьи читайте далее

Об авторе:
Цитата :

Вячеслав Долотов
Рабочий корреспондент.
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль
Легальный Марксист

avatar

Сообщения : 15
Дата регистрации : 2013-11-08

СообщениеТема: Перспективы классовой борьбы в России - продолжение   Сб Ноя 09, 2013 6:35 pm

http://rabkor.ru/left-winger/2013/11/02/class-war-2
Перспективы классовой борьбы в России
Опубликовано: 02.11.2013  

Окончание

Мы выяснили, что подавляющее большинство населения России, а именно, трудящиеся классы, объективно заинтересовано в создании революционно-марксистской партии, и что социально-экономические реалии российского общества требуют развития классовой борьбы пролетариата против лагеря капитала, в чем пролетарской партии будет принадлежать авангардная роль. Однако на пути конституирования данной партии на политической арене России существует ряд препятствий и трудностей, о которых нам стоит упомянуть.
В первую очередь, среди таких препятствий стоит назвать национализм. Причем главная проблема заключается даже не в том, что националистические предрассудки и стереотипы распространены в широких слоях трудящихся классов, а в том, что данные предрассудки и стереотипы все глубже проникают в ряды самого левого движения, которое призвано отстаивать интернационалистские идеи. Прекрасный образчик того, как некоторые левые становятся националистами, прикрывая избитые догматы националистической пропаганды социалистической и классовой риторикой, дает еще одна статья, опубликованная на Рабкоре. Написана она ангарским рабочим Сергеем Копыловым и носит крайне говорящее название «Чокнутый интернационализм».
Статья эта прямо-таки наполнена националистическими пассажами, которые автор, дабы выглядеть в глазах читателя левым, пытается замаскировать ссылками на классовую борьбу и необходимость противостояния буржуазии. Чтобы в голову к читателю не закралось крамольных мыслей, он несколько раз оговаривается, что не поддерживает буржуазный национализм, а протестует только против «чокнутого» интернационализма, однако всякому последовательному интернационалисту-марксисту по прочтении текста становится ясно, что антикапиталистическая и пролетарская фразеология, которая активно употребляется Копыловым, прикрывает (причем достаточно плохо) именно буржуазно-националистическое содержание. Чего стоят, к примеру, такие высказывания: «Где сталкиваются интересы русских рабочих и трудовых мигрантов, надо решительно вставать на сторону русских рабочих. Надо не то что не помогать таким мигрантам, а даже бороться против них, иначе их победа усилит русскую буржуазию». Или еще один опус: «Если они» (т.е. трудовые мигранты) «в силу своей неразвитости стали орудием нападения в руках российской буржуазии на права русских рабочих» (а нерусских рабочих, не являющихся мигрантами, в России нет?), «то с ними надо жестко драться. Если они стали штрейкбрехерами, с ними надо драться. Если они уже занимают те места, где и русские рабочие желают трудиться, но при этом сбивают зарплату и так далее — с ними надо драться».
Мы можем понять (но никак не принять), когда ультраправые радикалы призывают «драться с приезжими», на то они и ультраправые. Но когда подобные призывы исходят от человека, являющегося, судя по информации о Копылове, размещенной под статьей, «активистом ряда местных левых организаций», в мыслях возникают невольные опасения за будущее пролетарского и левого революционного движения в России. Впрочем, разберем обвинения, предъявляемые Копыловым к трудовым мигрантам, по порядку.
Во-первых, Копылова не устраивает тот факт, что трудовые мигранты, согласные выполнять работу за значительно более низкую заработную плату, снижают, тем самым, и зарплаты местных рабочих, в связи с чем приезжие работники зачисляются им в разряд «штрейкбрехеров» и «помощников буржуазии». Во-вторых, трудовые мигранты, пишет Копылов, совершенно бескультурны, являются порождением диких полуфеодальных порядков, царящих в странах Средней Азии, и, вследствие этого, реальность капиталистической России является для них чуть ли ни «раем». В-третьих, поскольку условия жизни трудовых мигрантов в России кажутся им, по мнению Копылова, великолепными, то российские буржуазные порядки вызывают у них скрытое восхищение, а потому они полностью невосприимчивы к социалистической пропаганде. Всякому критически мыслящему марксисту такие рассуждения и аргументы покажутся (вполне справедливо) полнейшим бредом, но из-за распространенности националистических настроений в трудящихся массах вообще и проникновения их в левую политическую среду в частности нам придется перейти к критике основных положений статьи Копылова.
Действительно, трудовые мигранты, приезжающие в Россию на заработки из стран Средней Азии, соглашаются на такие условия вознаграждения, на такую зарплату, которая на порядок или на несколько порядков ниже, нежели зарплата, на которую согласится местный пролетарий, обладающий всеми правами российского гражданства. Это факт, не подлежащий сомнению. Далее, действительно, российская буржуазия использует низкие зарплаты трудовых мигрантов для того, чтобы оказывать давление и снижать заработные платы для российских пролетариев. Но возникает вполне закономерный вопрос: а виновны ли в этом сами мигранты, приезжающие в Россию на заработки? Они приезжают в Россию из стран Средней Азии, где им либо совершенно невозможно найти хоть какую-то работу, либо предлагаемая заработная плата настолько низка, что ее катастрофически не хватает для минимального обеспечения самого себя и своей семьи. Не они виновны в отсутствии работы в среднеазиатских республиках, поскольку развалившийся фабрично-заводской индустриальный комплекс и сельскохозяйственное производство находились не под их контролем; они не были собственниками средств производства и распределения и не могли принимать решений по поводу изменений, происходивших в хозяйственно-экономической жизни. Не трудовые мигранты устанавливают для себя здесь, в России, нищенскую заработную плату. Не они устанавливают и заниженную зарплату для российских пролетариев. В таком случае, в чем их вина? Только в том, что они не хотят умирать голодной смертью и пытаются прокормить свои семьи. Полагаю, сами трудовые мигранты не будут отрицать, что повинны в столь страшном преступлении.
Вообще, еще Карл Маркс в своем фундаментальном исследовании основных законов капиталистического способа производства, в «Капитале», показал и доказал, что масса нуждающихся в работе пролетариев, предлагающих единственный имеющийся у них товар — свою рабочую силу — на рынке труда, непроизвольно оказывает отрицательное влияние на заработную плату имеющих работу пролетариев. Кстати говоря, подобное снижающее зарплату давление оказывают и пролетарии русской национальности, лишенные работы и ищущие средств к существованию. Такое давление особенно возрастает в связи с кризисами перепроизводства, во времена массовой безработицы, в результате замещения живой рабочей силы производительной мощью машин и т.д. Но я сильно сомневаюсь, чтобы уважаемый г-н Копылов предлагал «драться» с русскими рабочими, в массовом порядке уволенными в связи с кризисом или вытесненными внедрением нового оборудования, обвиняя их в «пособничестве буржуазии». Однако очевидно абсурдная, как мы видим, логика, тем не менее, с готовностью пускается Копыловым в ход, как только речь заходит о трудовых мигрантах. Что это, как не самый настоящий буржуазный национализм, плохо прикрытый марксистской терминологией? Разве это не буржуазный национализм: призывать «драться» с мигрантами из Средней Азии, пытающимися хоть как-то заработать на пропитание для себя и своей семьи, но обойти глухим молчанием буржуазию среднеазиатских стран, виновную в ужасающей социально-экономической ситуации в регионе, и буржуазию стран капиталистического «центра», нуждающуюся в подобной нищенской «периферии»? Разве это не буржуазный национализм: призывать «драться» с трудовыми мигрантами, но при этом совершенно проигнорировать тот факт, что и самим мигрантам, и российским пролетариям заработную плату устанавливают капиталисты России? Разве это не буржуазный национализм: призывать «драться» с мигрантами, гонимыми в Россию нуждой, но при этом благополучно «забыть», что экономическое давление, оказываемое нуждающимися в работе трудящимися на заработную плату занятых в экономике пролетариев, является внутренне присущим капиталистическому способу производству законом, действующим вне зависимости от национальной идентичности?
Рассмотрим второе обвинение, предъявляемое Копыловым в адрес трудовых мигрантов. Действительно, культурный уровень громадных масс выходцев из республик Средней Азии низок или крайне низок, что может быть источником для определенного недопонимания и трений с представителями российского пролетариата. Однако обусловлен ли этот низкий культурный уровень «феодальными» порядками среднеазиатских стран? Он порожден отнюдь не «пережитками феодализма», а мрачными реалиями периферийного капитализма, который в республиках Средней Азии представлен в еще более жесткой и гнетущей форме, нежели в России. И не показывает ли, кстати, степень культурности трудовых мигрантов наше возможное будущее, к которому мы приближаемся в результате реформирования системы образования и проведения антисоциальных проектов российской буржуазии?
Если следовать логике г-на Копылова, то российские социал-демократы начала XX века должны были выступать за то, чтобы пролетарии «дрались» с трудящимися крестьянами. Но может ли уважаемый читатель представить себе, чтобы кто-нибудь из членов РСДРП писал о том, что российский крестьянин — враг пролетария, поскольку он плохо восприимчив к социал-демократической пропаганде, потому что уровень культуры крестьян крайне низок, среди них безраздельно господствуют православно-патриархальные настроения и монархические иллюзии; что трудящееся крестьянство враждебно пролетариату, потому что приходя в город на заработки, крестьяне «сбивают» заработную плату рабочим, а, следовательно, они являются «штрейкбрехерами» и «союзниками буржуазии»? Думаю, такого не может представить даже Копылов, но в отношении трудовых мигрантов подобная логика применяется им в полной мере.
Совершенно дикими кажутся и утверждения, что реальность капиталистической России и условия жизни здесь кажутся для мигрантов прямо-таки «райскими». Выше мы упоминали про созданный на территории Москвы лагерь для приехавших на заработки выходцев ближнего и дальнего зарубежья. Любой желающий может найти в Интернете видеорепортаж, сделанный в этом трудовом лагере, в котором мигранты описывают те ужасные условия существования, в которых им приходится жить (о том, что это за условия, можно судить по самим кадрам лагерных бараков, набитых спальными нарами). Но и помимо московского трудового лагеря мигранты, как правило, вынуждены ютиться в таких условиях и терпеть такие лишения, которые лишь с большим трудом можно совместить с человеческим существованием и которые явно далеки от тех «эдемских садов», образ которых рисует в своей статье Копылов. Что это такое, как не вопиющий буржуазный национализм? Разве это не буржуазный национализм: перекладывать ответственность за некультурность и темноту на трудящихся, вынужденных продавать свою рабочую силу за гроши и поставленных российской и среднеазиатской буржуазией в чудовищные и унижающие человеческое достоинство условия существования? Разве это не буржуазный национализм: вопреки всяким фактам и элементарному здравому смыслу заявлять о том, что трудовые мигранты живут в «райских», с их точки зрения, условиях, оправдывая тем самым проводимую капиталом политику?
Наконец, последнее обвинение, адресуемое Копыловым в адрес мигрантов, касается того, что они якобы внутренне восхищаются современными буржуазными порядками в российском обществе. В своей статье он пишет следующее: «русский капиталистический хозяин для него» (для трудового мигранта) «вполне свой человек <…> И даже не просто свой человек, а отец и благодетель. Он и сам в глубине души таким мечтает быть. Это для него голубая мечта. И он будет русского буржуя поддерживать и защищать. И защищать даже от русских рабочих». Воистину, рассуждения, достойные националиста, пытающегося сойти за «левого» и «социалиста»! Возникает невольный вопрос: откуда Копылов может знать, какие мечты прячет «в глубине души» трудовой мигрант? Может, у него есть статические данные, результаты социологических опросов или хотя бы свидетельства, полученные во время разговоров с выходцами из среднеазиатских стран? Позволю себе очень сильно в этом усомниться. По крайней мере, никаких, хотя бы простейших доказательств своих заявлений Копылов не приводит, но ведь именно на этих утверждениях основывается один из основных выводов его статьи — вывод о том, что трудовые мигранты мечтают «встроиться» в общественную реальность капиталистической России и являются «пособниками класса капиталистов», а потому почти полностью невосприимчивы к пропаганде социалистических идей. Такие выводы требуют обоснований, а не простых ссылок на «глубинные стороны души»; в противном случае, это обычное разжигание межнациональной ненависти и раздувание националистических стереотипов, прикрываемое классовой и антибуржуазной риторикой, но в реальности играющее на руку как раз укреплению классового господства буржуазии. Конечно, идеи марксизма могут достаточно проблематично пробивать себе дорогу в среде трудовых мигрантов, но это обусловлено отнюдь не тем, что они находятся в таком восторге от капиталистических реалий в российском обществе, а забитостью, культурной непросвещенностью, полнейшим бесправием и вызванным им страхом и т.п. Что совершенно не значит, будто усилия по марксистской пропаганде среди трудовых мигрантов в принципе не могут принести своих плодов.
Несколько затянувшийся разбор взглядов Копылова, характерных, как это ни прискорбно, для определенной части представителей нынешнего левого движения в России, хотелось бы закончить цитатой из статьи кандидата исторических наук Станислава Кувалдина «От имени чокнутых»: «приезд трудовых мигрантов в Россию — действительно проблема, причем не только для местных рабочих. То, что из-за наличия мигрантов усиливается эксплуатация и ухудшается положение части местных жителей, не отменяет того, что сами мигранты часто влачат ужасное существование в недостойных человека условиях. И это побочный продукт той экономической системы, которая сложилась в нашей стране. Требовать от левых организаций закрыть на это глаза, возложить всю вину в положении мигрантов на их человеческие и культурные особенности? Это будет мало отличаться от следования подходам, согласно которому каждый рабочий должен жить, как договорится с работодателем, и сам виноват в своем бедственном положении. Оперирование термином “враг”, хотя бы и “классовый”, в данном случае — игра пустыми словами. Здесь нет классовых интересов».
Среди других препятствий на пути создания в России революционно-марксистской партии необходимо отметить проблему левого сектантства. На политическом пространстве российского общества существует огромное количество сект, рьяно убежденных в том, что только они одни являются носителями последовательно революционного мировоззрения, тогда как все остальные левые секты и организации, которые им противостоят, насквозь пропитаны оппортунизмом и ревизионизмом. Никто не спорит с тем, что оппортунизм также является серьезной проблемой и крупным препятствием на пути конституирования в России пролетарской партии, однако серьезная марксистская критика оппортунистических воззрений принципиально отличается от той вызывающей лишь горькую усмешку войны, которую ведут друг против друга крошечные сектантские группки. Подобная ситуация закономерно связана с нынешним отрывом (не абсолютным, разумеется, но очень остро ощущаемым) марксистской теории от практики пролетарского движения, обусловленного кризисом революционных левых как в мире, так и в нашей стране. Данный кризис, вызванный структурной динамикой мирового капитализма, накладывается в России на негативные ассоциации с опытом СССР, вызываемые упоминанием о революционных идеях и необходимости социалистического переустройства общества. Впрочем, тот факт, что и международный пролетариат в целом оформился после трансформаций своей структуры, и настроения российских трудящихся полевели после опыта протестного движения в 2011–2012 гг., вселяет определенную надежду на возможность преодоления левосектантских настроений в России.
Однако тот же опыт протестного движения трудящихся диалектическим образом привел к появлению новых иллюзий в левой среде. Широкое хождение приобрело мнение, что якобы левым необходимо объединиться с либералами или националистами для более эффективной борьбы с путинским режимом. Данные идеи объективно будут выгодны лишь современной российской буржуазии. Конечно, реформистские левые, разного рода оппортунисты, приверженцы «имперско-социалистических» идеологий в духе КПРФ (которую и левой партией назвать язык не поворачивается) вполне могут согласиться на сотрудничество и единство действий с либеральным или националистическим лагерем. Если же мы говорим о революционно-марксистском движении в России, то ни о каком «совместном» противостоянии путинской власти с либералами или националистами быть не может. И либеральное, и националистическое политические течения выражают интересы тех фракций буржуазии, которые в настоящий момент не обладают достаточным, с их точки зрения, влиянием на аппарат государственной власти, но которые стремятся заполучить такое влияние. И если левые, хоть даже и революционные, объединятся с российскими либералами или националистами для «единства действий» против Путина и «Единой России», то они, вместе с поддерживающими их представителями трудящихся классов, просто будут использованы в борьбе одной фракции класса капиталистов против другой его фракции. Марксистам России следует идти по пути создания идейно, организационно и политически независимой от движений и фракций буржуазии партии, по пути создания самостоятельной партии пролетариата.
Еще одна проблема, о которой мы вскользь упомянули чуть выше, — это проблема оппортунизма и ревизионизма. Отрыв марксистской теории от пролетарского движения, породивший, с одной стороны, сектантов, готовых всю жизнь спорить по поводу трактовки той или иной цитаты из работ Маркса, Ленина или Троцкого, породил, с другой стороны, активистов, искренне желающих участвовать в классовой борьбе на стороне пролетариата, однако плохо представляющих и конечные цели борьбы, и суть той теории, от имени которой они выступают и которую защищают. В книге директора Института глобализации и социальных движений Бориса Юльевича Кагарлицкого «Марксизм: Введение в социальную и политическую теорию» есть замечательные слова, рельефно высвечивающие суть вопроса: «Мысль, не связанная с действием, мертва, даже если она красива. Но и действие должно быть пронизано мыслью» (М.: URSS, 2012, с. 298). Венгерский философ-марксист Георг Лукач писал о необходимости диалектического единства теории и практики, которое предполагается марксизмом. Однако многие левые активисты не слишком любят теоретическое самообразование, в связи с чем достаточно легко попадают под влияние оппортунистических идеологем. Но без работы по повышению своего уровня теоретических познаний как мы сможем создать партию, являющуюся авангардом пролетариата, как мы сможем успешно участвовать в классовой борьбе, как мы сможем добиться эффективного и глубокого соединения марксистской теории с пролетарским движением? Очевидно, что никак.
Оппортунистические идеологи всех мастей постоянно пытаются «осовременить» марксизм, вытравив, выражаясь словами Ленина, его революционную душу, выхолащивая его содержание. Под влиянием господствующих ныне в российском (и распространенных в мировом) обществе антимарксистских и антисоциалистических стереотипов «левые» теоретики стали отказываться от идей социалистической революции, классовой борьбы пролетариата и т.д. Но отказ от установки на социалистическую революцию не отменил объективной потребности в социалистическом переустройстве общества и не создал условия для реформистского перехода к социализму, точно так же как отказ от принципов классовой борьбы пролетариата не ликвидировал современный класс пролетариев и не устранил его фундаментальных антагонизмов с буржуазией. И марксисты не обязаны и не будут отказываться от собственной теории, которая говорит о необходимости антикапиталистической революционной борьбы, о классовой диктатуре пролетариата, о пролетарской демократии, о планомерном управлении экономической жизнью общества, об отмирании классов и потребности в ликвидации отношений эксплуатации и отчуждения.
Носителем данной теории в современном российском обществе, живым воплощением устойчивого соединения марксизма с пролетарским движением должна стать революционно-марксистская партия. Она объективно будет выражать интересы, как минимум, трех четвертей населения России; она станет авангардом пролетариата в его борьбе против буржуазного государства и капиталистического общества; она позволит преодолеть (не автоматически, а идя по пути проб и ошибок) трудящимся националистические стереотипы и мелкобуржуазные предрассудки, а самим революционным левым — оппортунистические догмы и сектантские настроения. В конце концов, именно марксистская партия России будет носителем идей, принципов и ценностей пролетарского движения, классовой солидарности и революционной борьбы.

Вячеслав Долотов
Опубликовано: 02.11.2013
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль
Gost'2
Гость



СообщениеТема: гость 2   Сб Ноя 09, 2013 6:41 pm

Правильно, Копылов высказал опасения мелкобуржуазного националиста...В чём его товарищи снизу и поддержали, и разговоры о "диванных теоретиках" здесь ни к месту - надо называть вещи своими именами..
Вернуться к началу Перейти вниз
Evgenij
Гость



СообщениеТема: Евгений Евлашкин   Сб Ноя 09, 2013 6:42 pm

Кто и прикрывается марксистской риторикой так это как раз автор статьи-диванный теоретик. Шел бы лучше с узбеками поработал для начала,про марксизм им бы рассказал, про профсоюзы, а потом про них статьи писал.
Вернуться к началу Перейти вниз
Gost'
Гость



СообщениеТема: Гость   Сб Ноя 09, 2013 6:44 pm

Не виноваты говорите? А погромы в Оше и Фергане и резню нетитульного населения марсиане устраивали?
или может некие злые буржуи-угнетатели?
+1 предыдущему комментатору.
Вернуться к началу Перейти вниз
Viktorr
Гость



СообщениеТема: Виктор   Сб Ноя 09, 2013 6:45 pm

По поводу интернационализма.
Опять наивный левый морализм (читай - идеализм), основанный на голых теоретических выкладках и полностью оторванный от реальной жизни.
Еще раз перечитал критикуемую статью С. Копылова. Полностью согласен с его выводами, особенно с этим:

Цитата :
"Никто не спорит, что среди трудовых мигрантов есть вполне сознательные товарищи, готовые уже и к левой пропаганде. Но кто сказал, что их много?.. Это отнюдь не факт. Вернее, совсем не факт. А большинство составляют именно полуфеодализированные или полностью феодализированные слои, для которых российская буржуазная действительность наподобие рая. Они с удовольствием хотят «вмонтироваться» в нее, но абсолютно не собираются ее ломать. Этого у них и в мыслях нет. Они для этого не созрели по объективным причинам социально-экономического и исторического развития".


Пролетарский интернационализм, господин Долотов, это сфера СОЛИДАРНОСТИ (взаимопомощи, взаимовыручки) между трудящимися разных наций с ОДИНАКОВЫМ классовым положением и, как следствие, ОБЩИМИ классовыми интересами. Призывать к солидарности трудящихся с ПРОТИВОРЕЧИВЫМИ классовыми интересами (да еще наполненных взаимными ксенофобскими предрассудками) - это не свидетельство политического радикализма, это свидетельство отсутствия в вашем теоретическом арсенале главного марксистского инструментария - КЛАССОВОГО ПОДХОДА, без применения которого разобраться в современной российской жизни просто невозможно.
Вернуться к началу Перейти вниз
Gost'2
Гость



СообщениеТема: гость 2   Сб Ноя 09, 2013 6:47 pm

Плохо Вы разбираетесь в классовом подходе...
Класс эксплуатируемого пролетариата на подклассы "русский", "азиатский", "кавказский" etc. не делится...
Это Вы из другого "марксизма" вынесли...
Вернуться к началу Перейти вниз
Andrej M
Гость



СообщениеТема: Андрей Михайлов   Сб Ноя 09, 2013 7:53 pm

Цитата :
Это Вы из другого "марксизма" вынесли...
Ха-ха... Из того самого марксизма, того самого... первоначального. Вы почитайте-ка классиков, что там они в 1848 году про "контрреволюционные нации" писали? Ась?
Вернуться к началу Перейти вниз
Daniil G
Гость



СообщениеТема: Даниил Григорьев   Сб Ноя 09, 2013 7:54 pm

после 1848 они нехило так переосмыслили свою позицию
Вернуться к началу Перейти вниз
Andrej M
Гость



СообщениеТема: Андрей Михайлов   Сб Ноя 09, 2013 7:55 pm

Это уже вопрос другой... И к тому же - дискуссионный.Smile
Вернуться к началу Перейти вниз
Спонсируемый контент




СообщениеТема: Re: Перспективы классовой борьбы в России   

Вернуться к началу Перейти вниз
 
Перспективы классовой борьбы в России
Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 1 из 1
 Похожие темы
-
» Гимны (России и не только)
» Новая военная доктрина России
» Оружие США и России. Попытка сравнения
» В России растут антиисламские настроения?
» Тандем в России больше, чем тандем.

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Левый клуб :: На левой стороне :: Полемика-
Перейти: